|
… твердили вроде бы о любви, о жизни вечной, о бессмертии души, на деле же – всё только об одном. О смерти! Не тому учили, как правильно жить, а тому, как ещё при жизни получше умереть. Ars moriendi pro ars vivendi... В таком их отношении к смерти чувствовалось что-то болезненно сладострастное… Стоит ли удивляться тому, что их потомки, хотя и откачнулись от аскетизма к гедонизму, продолжают традицию добровольного умирания… |
